I’m no saint (c) JBJ

Бог рока из Нью-Джерси только что взял новую высоту, но для него нет ничего важнее семьи.

Andrew BILLEN.

Мне не так уж часто приходиться брать интервью у потеющих людей. Но в случае с боже-мой-каким-крутым Джоном Бон Джови это так. Он занимается в своём собственном спортзале.

44-летняя рок-звезда для начала разминается со штангой, после чего переходит к беговому тренажёру с небольшим телеэкраном, который позволяет ему насладиться игрой в любимый американский футбол.

Наблюдая за ритмичным движением его бедёр, я понимаю, сколько это интервью теряет из-за меня. Женщина-репортёр оценила бы безрукавку, загорелые икры, мощный бицепс с татуировкой в виде значка Супермена, то, как его золотые волосы потеют, напоминая к концу тренировки обильно политое поле пшеницы.

«Мне нужно прощение за вчершание грехи,» говорит он. Какие грехи? «Много-много бутылок хорошего вина. Здесь я молю о прощении. Уффф, вчера я взял от винограда всё, что он только может дать,».

По стандартам рок-звёзд, хорошее вино вряд ли может быть большим грехом. Но в этом весь Бон Джови. Он не пробовал наркотики с 14 лет, времени первого неудачного опыта с «травкой». Но, что важнее, уже 17 лет он женат на Доротее, его школьной подружке из Нью-Джерси, ставшей сейчас тренером карате. У них четверо детей: 1, 3, 11 и 13 лет.

Он охотно признаёт, что в прошлом женщины входили в круг его грехов вместе с вином и рок-музыкой. Но эта откровенность формальна, а сама тема ныне кажется нелепицей, потому что в глазах общественности, по выражению самого Джона, он стал «образцом женатого рокера».

Несмотря на то, что Бон Джови выглядит как рок-звезда и его музыка – именно то, что мы ждём от рок-звёзд, я иногда удивляюсь, знает ли он все стороны этой жизни.

К счастью, он получил награду, которая должна развеять последние сомнения. Вчера в Лондоне он был включён в состав Зала Славы, встав в один ряд с великими: Элвисом, The Beatles и Бобом Марли.

Что это значит для него? Как говорит сам Джон, трёхдневный отпуск, не более того. «Это здорово, но я никогда не гнался за признаниями и никогда не почивал на лаврах. Я не думаю, что это изменит мою жизнь.»

И какую жизнь! В 20 лет его первый сингл, Runaway, попал на радио. В 21 произошло подписание контракта с Mercury, и уже в 25 альбом Slippery When Wet с классическими хитами Livin’ on A Prayer и You Give Love A Bad Name разошёлся тиражом 15 мллионов копий.

«Это был наш Thriller, Like a Virgin, наш Born in the USA. И я понимаю это только сейчас, когда оглядываюсь на те времена. Тогда я ничего не понимал и это ужасно – я не смог насладиться моментом из-за того что всё вокруг меня проносилось мимо со сверхзвуковой скоростью.».

В 1991, незадолго до того как ему испонилось 30, Джон проходил через карьерный кризис. Вымотанный напряженным концертным графиком, с веками, которые чудом держались открытыми благодаря стероидам, он обнаружил себя на заднем сиденьи собственной машины – шофёр вёз его на очередную встречу. Как вспоминает Бон Джови, он серьёзно раздумывал о том чтобы просто выпрыгнуть из несущегося автомобиля.

«Да… Так низко я пал. Потом я попробовал квалифицированную помощь и понял, что она мне не подходит.». После бесполезных 15 минут у психоаналитика он отправился домой – поразмыслить о том, что пора менять. Он уволил своего менеджера и нанял профессионального посредника для помощи в общении внутри группы.

Сам Джон нашёл отдушину в своих карьерах сольного исполнителя (в которой ему сопутствовал умеренный успех) и актёра (с тем же результатом). Символически разорвав со своим прошлым, Джон постригся так коротко (для себя), что теперь его волосы стали просто очень длинными.

В те времена начался расцвет Джона в имидже образцового красавца, причиной которому послужили, скорее, его гены, а не действия – его отец был сицилийцем со словацкими кровями, у матери русско-немецкие корни, а о её внешности лучше всего скажет тот факт, что до работы в цветочном магазине она была моделью журнала Playboy.

«Я болван,» – самокритично заявляет он. Когда же он понял, что он редкостно красивый болван? «Я никогда этого не понимал*». Я выражаю своё недоверие и Джон становится чуть откровеннее: «Конечно же, сейчас я об этом знаю, но большая часть всей шумихи идёт из того, что я вокалист рок-группы. Я не думаю об этом, для меня это неважно. Каждый человек всегда найдёт того, кто будет считать его сексуальным. У Роузи О’Доннелл** есть девушка, которая её любит. У Брэда Питта есть девушка, любящая его. Вы думаете, они волнуются по поводу разговоров вокруг?».

Его песни всегда были гимнами о возможности успеха и надежде, Его фанаты (во всяком случае, большинство) – классические «голубые воротнички». Они [песни], говорит Джон, «все крутятся вокруг темы бесконечного оптимизма.».

Но похожа ли жизнь в современной Америке на то, о чём он поёт? Джон осторожен в своих суждениях. «Каждый маленький приборчик, о котором когда-то люди могли только прочитать в комиксах о Дике Трейси***, стал реальностью, но 25% населения Филадельфии (в которой Джон активно занимается помощью бездомным) проживает за чертой бедности.».

«Разрыв между богатыми и бедными становится больше с каждым днём. В этой стране начинают уничтожать средний класс».

Он дружит с Элом Гором и выступал со своими песнями в поддержку кампании Джона Керри два года назад. Хочет ли он сам вступить в гонку за большим офисом как его друг Арни?

«Я никогда не скажу никогда. Я никогда бы не смог предсказать все те вещи, которые сделал в своей жизни. Но в данный момент я не намерен этого делать. Я могу добиться гораздо большего для общества в качестве филантропа, а не политика.».

Значит ли это, что личная мораль стоит на первом месте? «Поверьте, я не святоша. И это тоже причина моей благотворительности – скелеты в шкафу,». Смогла ли бы политическая пресса нарыть многое без труда? «Я пою в рок-группе. Выводы делай сам.».

«Я должен сказать, что мне очень тяжело было не стать ублюдком. Вероятно, мне помогло то, что я остался жить в Нью-Джерси. И, конечно, Доротея.».

«У неё нет моих безумных амбиций – она бы могла жить в коробке и радоваться жизни. Мои безумства стоят нам денег, не её. Я, а не она, говорю – садимся в мой самолёт и летим в Англию. Она только скажет – ты двинутый.».

И он сразу же сдаётся? «Хм… Я рассматриваю её соображения и поступаю в соответствии с ними. Ругаемся ли мы? Честно говоря, редко. Я просто обожаю её и я в восторге от неё. Я её самый большой фанат.».

«Благодаря ей у меня четверо, кажется, адекватных детей. Я здесь ни при чём. Дома я сижу на диване, а потом смываюсь в студию. Всё делает она, и да благословит её Бог за это. Я бы не хотел всё это про***ть.».

В итоге я осознаю, что в Бон Джови более чем хватает рок-н-ролла. Он заслужил своё место в Зале Славы.

* – в оригинале Джон выражается гораздо жестче: “I’ve never really realised that shit” (прим. пер.)

** – известная американская телеведущая, открыто заявляющая о своей нетрадиционной сексуальной ориентации (прим. пер.)

*** – герой комиксов из 30-х годов. Полицейский, использующий для поимки преступников массу необычных технических средств. (прим. пер.)